October 16th, 2016

Ну, как это бывает. Как.

Ну, как это бывает. Как. Вас вызывают и говорят, чтобы в двадцать четыре часа, в пятнадцать суток, через месяц, вашего духу здесь...
А вам и радостно и горько и вы не знаете счастливы ли, или наоборот - печальны, потому что разрешение на выезд, которого вы добивались в борьбе с ОВИРом, КГБ, милицией и родственниками жены, получено и вам не остается ничего другого, как чемодан, вокзал, Брест, Варшава, Вена, Рим, NY...
Здесь и искать никого не нужно было, в пятницу вечером все собирались в Троицком. Он размышлял, как к ним обратиться. Дамы и господа. Леди и джентельмены. Братья и сестры. Чуваки.
- Как вы думаете, спросил он, чисто риторически, существует ли всемирный еврейский заговор? И сам ответил:
- Конечно существует, иначе не стали бы и говорить. И Всеобщим Кагалом сионских мудрецов принято решение спаивать и без того пьющие народы. Во исполнение этого решения, я сегодня оплачиваю питье для всех. Жратву покупайте сами.
После чего сделал тот волшебный щелчок двумя пальцами, в результате которого, как в фильме про Старика Хотабыча, из воздуха материализовались два ящика экспортной водки и ящик рижского бальзама.
И когда был выпит уже первый ящик, без всякого бальзама, и почти выпит второй, а Шумеев схватил бальзам и унес менять на два ящика водки, и посетители перестали выходить на балкончик покурить, в помещении, большом, как девяностая камера на Володарке в старом корпусе на четвертом этаже, повисло плотное облако сигаретного дыма и почувствовался запах анаши и валютная проститутка по кличке "Нинка-челюсть" спросила:
- Рабинович, а по какому случаю это все, или ты просто понты гоняешь?
Он достал из куртки полученный сегодня из ОВИРа почтовый конверт с разрешеним и сказал: - Я уезжаю.

(no subject)

..Да, это был один из поворотных пунктов альтернативной беларуской истории, который беларусы проскочили потому, что не разглядели в темноте указательный знак.