Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

(no subject)

...и помни, хазер, если тебе когда-нибудь станется громить еврейскую лавку, что скрипач, который сидит на соседней крыше, на самом деле не скрипач, а снайпер.

(no subject)

- Смотрите, - сказал зек по кличке Лысый, тыкая пальцем в страницу польского музыкального журнальчика, где в дешевой трехцветной типографской печати была изображена картинка нового альбома Аббы. - Бабы у них класс, а мужики - все пи..оры.
Они смотрели и сладкая надежда, предчувствие свободы и какого-то необыкновенного будущего заполняли одинокие зековские сердца.
- На каком языке они поют? – спросил у меня Лысый.
- По-английски.
- Группа шведская, а поют по-английски, что-то ты путаешься в показаниях, фэтр.
- А что такого, - сказал зек по кличке Кнырь, - вон Битлы – английская группа, а поют по-еврейски.
- Да ну, не может быть? – удивился Лысый.
- Что я, по-твоему, еврейского не слышал, - обиженно ответил Кнырь. У в соседней квартире старые жи..ы жили, я слышал как они разговаривают.
- А что бы ты сделал, если бы туда сейчас попал? – мечтательно спросил Лысый.
- Куда?
- Ну, к этим в Швецию?
- Мужиков бы отпи..дил, а телок вые..ал, - ответил Кнырь.

Слова из песни не выкинешь.

Его втащили в подвальное помещение,  силой усадили на стул и привязали.
- Фамилия? - спросил Прокуратор строго.
- Рабинович.
- Как это пишется?
- Ар, эй, би, ай...
- На конце что?
- Си, эйч.
Прокуратор напряженно вглядывался в мерцающий экран монитора.  – Нет такого, не находит.
 - Фонты нужно переключить, - сказал Рабинович, - на латиницу.
- Как их переключить? – спросил Прокуратор.  – Кто-нибудь знает?
Охранники молчали
- Я знаю как, - сказал Рабинович.
- Отвяжи его, - сказал Прокуратор охраннику в старой милицейской форме.
- Если убежит, ваша честь, я не отвечаю, - сказал охранник.
- Куда он отсюда убежит.   Так, давай, переключись и найди себя, сказал он, обращаясь к Рабиновичу.  - Это ты?  А почему фотка с закрытыми глазами?  Спящим притворяешься.
Что он делал? – спросил Прокуратор у охранника.

  • Писал слово “хохол”.

  • Где?

  • На стене.

  • Что скажешь  в свое оправдание,  - спросил Прокуратор у Рабиновича?

- Я уже объяснял, - сказал Рабинович – хохол есть нормативное  слово русского языка.
- Ой, он мне еще будет говорить за русский язык, - сказал охранник.  А “жид” - нормативное слово?
- Все зависит от контекста, - ответил Рабинович.
- Например? – спросил Прокуратор.
- Например: Всем жидам города Киева, - ответил Рабинович.
- Хорошо, допустим.   А что нельзя без этого слова “хохол” обойтись?
- Слова из песни не выкинешь, - сказал Рабинович.
- Какой еще песни? - спросил Прокуратор.
“Мы ехали шагом, мы мчались в боях”, - запел Рабинович.
Охранник толкнул его в бок кулаком.  Рабинович замолчал.
- Чего ты, пусть поет, - сказал Прокуратор.
- Длинная песня, - ваша честь,  он так целый день петь будет. Надоел уже с этой своей песней.
- Хорошо, спой то самое место, - сказал Прокуратор.
- “Он медлит с ответом,
Мечтатель-хохол:
- Братишка! Гренаду
Я в книге нашел…”

- А заменить на другое слово нельзя. Украинец, например.
- Нельзя, сказал Рабинович. Рифма исчезает.
- Ты сам ее сочинил? – спросил Прокуратор.
- Нет, сказал Рабинович.
- Да врет он все, - сказал охранник. - Конечно сам. Он все время сочиняет. Заколебал своими сочинениями.
- Ты знаешь, что тебе за это будет? - спросил Прокуратор.
- Да, - сказал Рабинович обреченно. - Бан.
- У тебя баны раньше были? - спросил Прокуратор.
- Были.
- Ого, - сказал Прокуратор, - один три семь.
- Можно вопрос? – Рабинович, как школьник поднял руку.
- Спрашивай, - сказал Прокуратор.
- Какой алгоритм?
- В смысле? - спросил Прокуратор.
- Какой алгоритм сроков, на которые меня банят?
- Натуральные числа, -  сказал второй охранник, который до этого молчал.
- Тогда, после трех должно быть пять, а мне сразу семь дали.
- Цукер сбоит, - сказал первый охранник. - Все мы не без греха. Перегрузка, из-за таких как ты, между прочим.
- Цухер никогда не ошибается, - сказал прокуратор строго и поправил мантию. -Цукер не может ошибаться по определению.
- Ваша честь, сказал первый охранник, давайте, пожалуйста быстрее. У нас еще восемь кейсов.
- Ладно, сказал Прокуратор, давай буду печатать приговор. Как это обратно переключить?
- На что?
- На мову.
- Алт, контрол, делит, - сказал Рабинович.